Анализируемый текст ясно показывает, что представляет собой замок — castrum. Это
совокупность оборонительных сооружений, вооруженных всадников, размещенных в них,
узаконенных поборов (rectitudines), обременяющих безоружный народ. Стоимость всего этого
комплекса внушительна. Ущерб, который нанесло вражеское вторжение округе лишь одного замка
в Конфолане, оценивается в тексте (который, правда, завышает размер убытков) в 50 тысяч су,
целую гору небольших монет из почерневшего серебра. Но это богатство ненадежно. Крепость
легко уничтожить огнем. Иногда, правда, он не может одолеть ее более прочное ядро, которое,
очевидно, составляют сооружения из камня. Так, в Конфолане «старый замок» выдержал
нападение, но «частоколы», палисады, окружающие двор, неприятелю удалось разрушить. Отряд
воинов не менее уязвим. Гуго захватывает один из замков, не повреждая его, приказывает
сбросить с высокой башни всех защитников, очищая таким образом место. Виконт Туара, предав
огню другой замок, не убивает его рыцарей, а приказывает отрубить каждому из них кисть руки.
Несомненно, он был разгневан, но, во всяком случае, действовал нерасчетливо. Когда Гуго из
Люзиньяна берет реванш и пленяет 43 рыцарей этого виконта, он проявляет большую
рассудительность. Рыцари объявляются заложниками, выкуп которых, по расчетам Гуго, должен
принести ему 40 тысяч су — сумму, равную или почти равную тому богатству, .эксплуатировать
которое помогал отряд воинов. Сам по себе замок не представляет большой ценности, она не
больше той, которую имеют хижины, где живут крестьяне-арендаторы. Он столь.же хрупок, как и
эти хижины, обладает ценностью лишь тогда, когда «наполнен», «оснащен»,
96
то есть если в нем стоит гарнизон. Замок можно быстро разрушить, быстро «наполнить», вновь
отстроить. На еще дымящихся развалинах, на том же самом месте победитель сразу воздвигает
новую крепость или, по крайней мере, пытается это сделать. Иногда — безуспешно. Имеются
свидетельства о начатых постройкой, но так и не достроенных замках. Как кажется, это объясняет
многочисленность «мотт», остатки которых были обнаружены археологами. Во всяком случае,
опоры старой политической системы — то, что по-прежнему рассматривается как фиск или как
почетные функции, — все это беспрестанно переходит из одних рук в другие. Идет игра — бур-
ная, жестокая. Кто же главенствует в ней?
Не следует доверяться первому впечатлению от нашего знакомства с графом аквитанцев, что его
коварство происходит от бессилия. Именно этот «будто бы король» ведет игру, во всяком случае,
довольно часто. Действительно, усобицы мало-помалу утихают. Термин, который чаще всего
употребляется в этом пространном повествовании, — «окончание», «прекращение». Facere
finem — «покончить с этим» — с наездами конных отрядов, с грабежами. Призвать людей,
вызвать их на разговор друг с другом, полюбовно решить их споры. Употреблять не меч, а слова,
договариваться. Появляется и очень древнее слово placitum (судебйая ассамблея), которое
напоминает о том, как когда-то все вельможи Священной империи собирались вместе, вокруг
Карла Великого, вершившего суд ради восстановления мира. И действительно, мы видим, как
граф Гильом периодически направляется в окружении многочисленных помощников к
границам территории, на которой он правит. Там он вместе с соседними государями
обсуждает спорные дела. Гильом встречается в Блай (на Жиронде) с гас-конским князем Санчо, на
северной границе — с Фульком, графом анжевенцев. Это — встречи ради дружбы и примирения в
«пограничьях». Но и внутри своего герцогства граф Пуатье выступает как великий миротворец.
Тем, кто оспаривает друг у друга право распоряжаться в каком-либо замке, граф первоначально
навязывает «перемирие». Благодаря «перемирию» на три дня приостанавливаются военные
действия между Гуго из Люзиньяна и Бернаром Маршским. В следующие две недели достигается
решение о прекращении боев, и сам граф «берет за правую руку» двух противников, заставляет их
совершить рукопожатие, в соответствии с ритуалом, странно напоминающим тот, которому
следуют на помолвке, предшествующей свадьбе.
7 — 3512
97
Вообще, «окончание» — это пакт, заключенный между двумя примирившимися сторонами. Часто
употребляется также слово conventum, означающее договор, основанный на «доверии». Документ
подкрепляют гарантии. Так, епископ Ангулем-ский принимает на себя обязательства в связи с
первым соглашением, достигнутым между Гильомом и Гуго, подтверждая: «Он увидел, он
услышал, он поцеловал руку графа» — руку, держащую меч правосудия. «Увидеть», «услышать»
и «исполнить» (как тогда выражались) означало присоединиться к обязательствам сторон, обещать
военную поддержку той из них, права которой будут ущемлены. Другую форму поддержки